3 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Что значит лаптем щи хлебать

Не лаптем щи хлебаем: рецепт от охотника

Кислые щи — одно из любимых моих первых блюд. Уж и не знаю, что может быть лучше, когда зимой, войдя в дом с мороза, узришь на столе дымящуюся тарелку с белоснежным айсбергом еще не растаявшей сметаны, испаряющую божественный запах мясного навара. А тут еще гора черных румяных гренок с чесноком и шкварками, а рядом обливной горшочек с гречневой кашей.

Его еще не открывали, но я-то ведаю, что под крышкой она, зернышко к зернышку, каждое с горошину и с трещинкой на боку от невыносимого жара плиты.

Вон и мельничка со смесью разных перцев — белого, душистого (раньше аглицким прозывался), черного.

Ну а уж водченку-то я сам из морозильника извлеку, пусть на глазах покроется благородным седым налетом, и не только в графине, но и в рюмахе.

И даже не спорьте со мной, плюньте на эту мифическую ангину, пренебрегать в данном случае резким контрастом — преступление перед собой.

Эдак восчувствуешь гортанью ледяное прикосновение влаги чревоугодной, да запустишь ей во след полную ложку огненных щец — и такое умиротворение наступает, что хоть в святые угодники записывайся.

Тут неспешно начинаешь замешивать сметанку, сорить по белесой поверхности свежепомолотым перчиком, вдыхая его тропический аромат, а потом запускаешь в рот чесночную греночку и принимаешь несколько ложек подряд.

«Остановись, говоришь сам себе, приступ волчьего голода усмирен, и самое время продолжить трапезу с чувством, с толком, с расстановкой».

Наложишь на блюдце парящий бугорок каши-рассыпухи и начинаешь по-новой работать ложкой, прихлебывая щами то кашу, то гренку, то кусочек мясца.

Естественно, нет-нет да и поднесешь рюмочку хлебной, пока не нагрелась от испарений, окаянная.

Бывает, и тарелкой с краями не удовольствуешься — потребуешь добавки. Зато после — все, баста, под завязку, ни тебе второго, ни третьего. Приткнешься куда-нибудь, аки удав, и дремлешь блаженно, ощущая себя законченным сибаритом.

И что, думаешь, еще тебе надо в этой жизни? Как что? Ведь завтра щички настоятся и станут еще вкуснее, недаром же их зовут суточными. А тут и классик на память придет одобрительно убаюкивающими строками:

Мой идеал теперь — хозяйка,

Мои желания — покой,

Да щей горшок, да сам большой.

Жаль, что любезный Александр Серге­евич не уточняет, каких именно щей.

Я, лично, не сомневаюсь, что кислых, суточных. И что еще удивительно. Как же, право, привлекательна становится любая обыденность, к которой хоть мимоходом прикоснулась рука гения.

Ну что ж, пора и на кухню.

Первым делом для таких щей нам потребуются 2 вида мяса. В миру непосвященных в таинства охоты принято использовать для сего говяжью грудинку и жирную свинину.

Ну а нам сам Бог велел несколько облагородить традицию, заменив первую составляющую лосятиной (олениной, мясом косули), а вторую, сами понимаете, кабанятиной, в соотношении 2:1.

Не тушуйтесь, коли вы обладаете долей только одного вида копытных, — смело приобретайте недостающее в ближайшем магазине. Лосятина в кастрюле прекрасно соседствует со свининой, как, впрочем, и кабанятина — с говядиной.

Если вам достался «соколок» лося — это лучшее, что можно придумать для наваристого бульона, но не худо использовать грудинку и реберную часть.

Кусок кабанчика с жирком можно взять от шеи, от лопатки или от реберной части, хорошо добавить рульку. Мясо надо помыть и поставить вариться на большой огонь. После закипания убавить пламя до минимума и снять накипь. Соль не добавлять.

Замочите в минимальном количестве горячей воды несколько сухих белых грибков (2—4 шт.), накрыв их блюдцем.

Теперь настало время заняться квашеной капустой. Ее берут в количестве половины суммарной массы мяса. Например, у вас 1 кг лосятины и 0,5 кг кабаньего мяса, стало быть, нужно подготовить 750 г капусты.

Мое предпочтение однозначно — она должна быть рубленой. Так повелось от моей бабуси, и щи из шинкованной существенно проиграют в моем восприятии еще до того, как я их попробую. Я вряд ли толково объясню, почему так происходит, но такое случалось не раз.

Кстати, Елена Молоховец в своем «Подарке молодым хозяйкам» однозначно утверждает, что щи из рубленой капусты вкуснее. Добавлю, что и практичнее, — есть не очень удобно, когда с ложки свисают эдакие «водоросли».

Короче, мой совет: капустку порубите, если она квасилась шинкованной. Перед рубкой отожмите, сохраняя рассол, и пробуйте. Слишком кислую промойте в одной — трех водах. Затем ошпарьте кипятком и откиньте на дуршлаг.

В тяжелой большой сковороде распустите масло и поджарьте отсякшую капусту вместе с измельченным луком (1—2 шт.). Осторожно сгрузите содержимое сковороды в кипящий бульон.

Размякшие грибы мелко порежьте и положите в щи. На маленькой сковородке распустите 1 ложку сливочного масла, всыпьте в него столько же муки и поджарьте до розового цвета.

Влейте туда, постоянно помешивая, воду из-под грибов и доведите до консистенции сметаны. Подмешайте полученную массу в щи.

Теперь самое время попробовать варево. При недостатке кислоты добавьте в него отжатый капустный сок. Оставьте кастрюлю на плите еще на 1 ч при малом огне, обеспечив щелочку под крышкой.

Не забудьте за 5 мин до подачи положить 2—3 лавровых листочка и закрыть плотно крышкой, а при подаче вынуть мясо и разделить на порции.

За 1 ч вполне можно разобраться и с кашей, и с гренками. Я не стану занимать ваше время описанием варки гречневой каши, а лишь напомню, что бабушки наши сначала прокаливали крупу на сухой чугунной сковороде до красноты, постоянно помешивая деревянной лопаткой, а потом ссыпали ее в крутой кипяток.

Каленая гречка аж шипела при соприкосновении с водой, и вверх вырывался столб пара. Когда над поверхностью каши не оставалось воды, кастрюлю перемещали в разогретую духовку. Там крупа и томилась до полной своей кондиции.

Может, найдется в вашем хозяйстве обливной горшочек для этой цели — тогда душевно окажется, зело душевно.

С приготовлением гренок дела обстоят еще проще. За 5 мин — на все семейство. Свиное (кабанье) сало мелко режем и выкладываем на сковороду. Пока оно жарится, буханку черного хлеба разрезаем на куски, а затем каждый кусок — крест накрест по диагонали (можно по несколько кусков разом).

Кусочки обжариваем с двух сторон на вытопившемся сале, а затем выкладываем слоями на тарелку. Каждый слой гренок посыпаем рубленым чесноком и шкварками.

Настала пора громоздить все на стол. А если его еще и стилизовать в отечественном стиле?! Была бы лепота, скажу я вам. Скатерочка с петухами, льняная. Плошечки да ложечки, супница с «ополовником», жбанчик под сметанку, подносик под гренки — деревянные, хохломские, скажем.

Заморозку горячительную в штофчик определить, а стопарики в форме сапожков. Тут-то и похлебать щец!

Что значит выражение не лаптем щи хлебать. Чай не лаптем щи хлебаем

Лаптем щи хлебать Прост. Пренебр. Жить в нищете, прозябать в невежестве, в отсталости и косности. — Вот, говорит, как ноне купцы живут, которые, когда были серыми мужиками, щи лаптем хлебали (Н. Лейкин. В старом гнезде).

Фразеологический словарь русского литературного языка. — М.: Астрель, АСТ . А. И. Фёдоров . 2008 .

Смотреть что такое «Лаптем щи хлебать» в других словарях:

Лаптем щи хлебать — Пск., Сиб. Ирон. Жить в нищете и невежестве. СПП 2001, 49; СФС, 98; СОСВ, 102; БТС, 1444, 1511; Мокиенко 1990, 129 …

лаптем щи хлебать — разг. О чьей л. некультурности, отсталости … Словарь многих выражений

хлебать — а/ю, а/ешь; нсв. см. тж. хлебание, хлебанье, хлебнуть 1) что нар. разг. Есть (жидкое), черпая ложкой. Хлеба/ть щи … Словарь многих выражений

хлебать — аю, аешь; нсв. 1. (что). Нар. разг. Есть (жидкое), черпая ложкой. Х. щи. Х. уху деревянными ложками. Х. из миски. 2. что. Разг. Пить большими глотками. Х. чай. Х. молоко. ◊ Лаптем щи хлебает. Шутл. Совершенно необразован, некультурен. Не солоно… … Энциклопедический словарь

хлеба́ть — аю, аешь; несов., перех. и без доп. 1. разг. Пить большими глотками. [Кирьяк] опустился на скамью около самовара и стал пить чай, громко хлебая из блюдечка, при общем молчании. Чехов, Мужики. Татьяна хлебала молоко спокойно, сосредоточенно, думая … Малый академический словарь

ла́пти — ей, мн. (ед. лапоть, птя, м.). 1. Обувь, плетенная из лыка, бересты или веревок, которую прежде носили крестьяне. Лапти из березового лыка. Липовые лапти. □ Пастух, плетя свой пестрый лапоть, Поет про волжских рыбарей. Пушкин, Евгений Онегин. 2.… … Малый академический словарь

Щи — Полные (богатые) щи. Хорошо видны добавленные в суп солёные … Википедия

ЛАПОТЬ — В лапоть. Новг. О большом количестве чего л. НОС 5, 7. Войти в один лапоть. Народн. Устар. Разделить что л. поровну, справедливо. БМС 1998, 331. Звонить в лапоть. 1. Пск. Неодобр. Болтать, пустословить. ПОС 12, 293. 2. Народн. Неодобр.… … Большой словарь русских поговорок

Кому. Разг. Экспрес. Выражение категорического отрицания возможности или реальности чего либо. Другой раз на вопрос Ильи пишет ли он стихи? Грачёв, усмехаясь, молвил:… Э, ну их ко всем чертям! Куда уж нам лаптем щи хлебать (М. Горький. Трое).… … Фразеологический словарь русского литературного языка

бескультурье — ▲ низкий уровень культура бескультурье низкий уровень культуры. некультурный. отсталый. первобытный. неотесанный. облом. лаптем щи хлебать. лыком шит. поговорки: иная простота хуже воровства. см. ограниченный … Идеографический словарь русского языка

Чай не лаптем щи хлебаем.

Чай не лаптем щи хлебаем — уж больно уместной оказалась здесь эта поговорка, означающая, что мы и с первого раза неплохо соображаем что к чему. Правда, за первые лапти, которые я плела у дедули на мастер-классе, Василий Николаевич поставил мне единицу (видеоролик об этом я показывала раньше).

Оно уж лучше лаптем, все ж хоть сытые были б.

Вот и я исправляюсь. Это первые лапти сплетенные самостоятельно. Правда, деревянной колодки у меня не было, а потому форму вырезала из пенопласта.

Даже представить себе не могу, как люди ходили раньше в лаптях и в мороз, и в слякоть, и в дождь и в грязь. Нашла немного интересностей об этом в Интернете. .

Удивилась сама, думаю и вам будет познавательно. Оказывается:


Лапти имели очень малый срок службы.

Зимой они пронашивались за десять дней, после оттепели — за четыре, летом, в страдную пору, — и вовсе за три.

Собираясь в дальний путь, с собой брали не одну пару запасных лаптей.

«В дорогу идти — пятеро лаптей сплести» — гласила пословица.

«Добрый мужик в худую пору изнашивал в одну неделю не меньше двух пар лаптей», — читаем у известного до революции писателя и этнографа С.Максимова.

А у шведов существовал даже термин «лапотная миля» — расстояние, которое можно пройти в одной паре лаптей.

Лаптей нужно было немало — и про свой обиход, и на продажу, а поскольку плести лапти умели почти в каждом доме, в работу вовлекались семьями — дела хватало и старому, и малому. На большой городской базар сразу привозили подводами по сто тысяч пар лаптей.

Плетение лаптей считалось лёгкой работой, которой мужчины занимались буквально «между делом». Не зря про крепко напившегося человека и сейчас говорят, что он, мол, «лыка не вяжет», то есть не способен к элементарным действиям. Зато, «связывая лыко», мужчина обеспечивал обувью всю семью — специальных мастерских не было очень долгое время.

Для покоса одевали «редкие» лапти, вода в лаптях таких не задерживалась. Назывались они «Рачки». Для работы по хозяйству удобны были «Ступни» — лапти без верёвок, похожие на калоши. В жару на поле носили «Чуни» — верёвочные лапти.

Естественно, мои лапти не предназначены для носки. Настоящие лапти плели из более прочного материала древесного лыка (липовые, вязовые и другие), бересты, ивняка, конского волоса или конопляных волокон. Для прочности подошву подплетали лозой, лыком, верёвкой или подшивали кожей. Конечно же, плели и из осоки, камыша, и даже соломы, но подошву все равно усиливали. У меня же она напротив облегченная. Но ведь и цель у меня совсем другая, вариант то сувенирный.

И хотя эта обувь канула в лета, тем не менее лапти, по заключению сегодняшних исследователей, были «здоровой» и лёгкой обувью, в которой ноги действительно дышали.

А в качестве элемента интерьера на мой взгляд они смотрятся одинаково замечательно куда ты их ни повесь.

Очень надеюсь, что эти лапти понравятся человеку, которому с наилучшими пожеланиями я задумала подарить их на Новый год.

Читать еще:  Полезно ли какао для сердца

Прост. Пренебр. Жить в нищете, прозябать в невежестве, в отсталости и косности. — Вот, говорит, как ноне купцы живут, которые, когда были серыми мужиками, щи лаптем хлебали (Н. Лейкин. В старом гнезде). Фразеологический словарь русского литературного языка. — М.: Астрель, АСТ А. И. Фёдоров 2008

Значения в других словарях

Лакомый кусок (кусочек)

Разг. Экспрес. Что-либо привлекательное, заманчивое, соблазнительное. — Ведь если… этой девушке да придать тысчонок двести приданого, из неё мог бы выйти очень, очень лакомый кусочек (Гоголь. Мёртвые души). Фразеологический словарь русского литературного языка. — М.: Астрель, АСТ А. И. Фёдоров 2008 .

Разг. Шутл. 1. В положении смирившегося с ситуацией, обстоятельствами человека. — Это вам с руки, а я не привык… Конечно, лапки кверху проще, да только не для меня. Я ещё повоюю (М. Горький. Враги). Татьяна думала: «Бывают же дни, я совсем успокаиваюсь, и рада своей жизни, и Ивану рада… Нет, нет! Потом-то так совестно! Будто не человек я, а дворняга захудалая: нашла тёплый угол, хозяина доброго и.

Лаять на свой собственный хвост

Прост. Шутл. Горячиться, распаляться по ничтожному поводу (обычно — об очень молодых людях). Они оба славные ребята — и Борис и Васька. Но ещё молоды и на свой собственный хвост лают (Куприн. Яма). — Да ведь ты-то, Фомич, уже не мальчишка, а всё на свой хвост лаешь. Угомонился бы с плотами со своими (Б. Можаев. Живой). Фразеологический словарь русского литературного языка. — М.: Астрель, АСТ А. .

Хочется обсудить культуру и историю нашей еды. Вот, к примеру, интересное такое слово «суп», похожее на звук всасывающейся горячей жидкости. При этом слове сразу вспоминаются щи, борщи, солянки, грибные супы и куриная лапша… да много чего вкусного. Правильно ли это? Теперь уже, наверное, правильно. А вот что нам говорит словарь Даля:

Получается, что русские борщ супом не называли, и различные похлебки также! А что же такое изначально этот самый суп?

Само слово пришло к нам из Франции, от французского soupe «суп», откуда и англ. sоuр, голл. soep, нем. Suppe — то же. С 1200 г. французы считали супом куски хлеба, размоченные в каком-либо бульоне. Вот, например, рецепт истинно французского супа

Для особо удивленных поясню – бисквиты кладутся не рядом, и ими вовсе не закусывают суп, а эти сладкие булочки крошат в жидкость. Приятного аппетита.

Еще одно отличие наших первых блюд от заморских супов: супы подавали вечером. Даже сегодня сохранился обычай в английском языке: supper (время ужина) происходит именно от sоuр (суп). У нас же суп – это всегда время обеда. Почему? Наверное, потому как хлебом с бульоном хорошо утолять голод вечером – легкий прием пищи. Наши же щи, борщи, уха, солянка и прочие похлебки конечно по своему составу больше пригодны для употребления в середине дня: и согреют, и сил добавят.

Со временем Европа и тем более Америка от супов почти отказались (и я с их вариантом то же бы сделала). Наш же вариант похлебок выработан веками и очень полезен для здоровья. Доказательство в советах диетологов, ну и в народной мудрости пословиц и поговорок. А вот про супы пословиц почти нет – не наша это еда.

Печально только, что именно русской кулинарной книги как таковой не сохранилось. Это в той же Франции были шеф-повара, а у нас шедевры от кулинарии создавали крепостные крестьяне, которые и писать-то не всегда умели, а свои рецепты передавали устно следующему поколению. Первая кулинарная книга, «Русская поварня» Василия Левшина (тульского дворянина), была выпущена лишь в 1795–1796 годах. А в то время на русской кухне уже во всю внедрялись иноземные правила, привезенные Петром Первым.

«Из свидетельств современников известно, что любил Петр I больше всего черный хлеб и перловую кашу, которую великолепно варила для него Екатерина I, с добавлением миндального молока. А повар Фельтен чаще всего готовил для монарха отварную говядину с огурцами, заливное, кислые щи (так назывался не суп, а квас).»

Да и что может приготовить повар Фельтен, лучше бы император позвал в поварихи какую-нибудь Дуняшу, уж она бы его накормила от души.

Но засилье иноземной культуры, особенно в столице, Санкт-Петербурге, постепенно вытесняло традиции русских похлебок. Вот как выглядел модный стол спустя век по описанию А.Пушкина «Евгений Онегин»:

Никакого супа. В Петербурге того времени подавать суп к столу считалось дурным тоном. То ли дело провинциальная на тот момент Москва:

Не модно было в Москве. И слава богу. Возможно, именно благодаря нашей провинции мы сохраним те корни, которые так активно в столицах вытесняют всякие модные поветрия.

Супы активно и почти законодательно (обязательны во всех диетах и во всех столовых) вернулись с нашу жизнь с приходом советской власти. Вот что пишет по поводу супов Вильям Похлебкин, специалист по истории кулинарии:

А после, в 90-х. опять западное влияние, и опять отказ от супа. Стандарт питания – бутерброд в разном его исполнении, питание на скорую руку.

Однако сегодня у супов наступает эпоха возрождения. Французы, эти извечные гурманы, в дорогих ресторанах употребляют супы, приготовленные для избранных известными шеф-поварами. Скандинавы призывают своих сограждан готовить супы самостоятельно из сырых продуктов по рецептам старинных национальных супов XIX века.

Что значит выражение не лаптем щи хлебать. Чай не лаптем щи хлебаем

Лаптем щи хлебать Прост. Пренебр. Жить в нищете, прозябать в невежестве, в отсталости и косности. — Вот, говорит, как ноне купцы живут, которые, когда были серыми мужиками, щи лаптем хлебали (Н. Лейкин. В старом гнезде).

Фразеологический словарь русского литературного языка. — М.: Астрель, АСТ . А. И. Фёдоров . 2008 .

Смотреть что такое «Лаптем щи хлебать» в других словарях:

Лаптем щи хлебать — Пск., Сиб. Ирон. Жить в нищете и невежестве. СПП 2001, 49; СФС, 98; СОСВ, 102; БТС, 1444, 1511; Мокиенко 1990, 129 …

лаптем щи хлебать — разг. О чьей л. некультурности, отсталости … Словарь многих выражений

хлебать — а/ю, а/ешь; нсв. см. тж. хлебание, хлебанье, хлебнуть 1) что нар. разг. Есть (жидкое), черпая ложкой. Хлеба/ть щи … Словарь многих выражений

хлебать — аю, аешь; нсв. 1. (что). Нар. разг. Есть (жидкое), черпая ложкой. Х. щи. Х. уху деревянными ложками. Х. из миски. 2. что. Разг. Пить большими глотками. Х. чай. Х. молоко. ◊ Лаптем щи хлебает. Шутл. Совершенно необразован, некультурен. Не солоно… … Энциклопедический словарь

хлеба́ть — аю, аешь; несов., перех. и без доп. 1. разг. Пить большими глотками. [Кирьяк] опустился на скамью около самовара и стал пить чай, громко хлебая из блюдечка, при общем молчании. Чехов, Мужики. Татьяна хлебала молоко спокойно, сосредоточенно, думая … Малый академический словарь

ла́пти — ей, мн. (ед. лапоть, птя, м.). 1. Обувь, плетенная из лыка, бересты или веревок, которую прежде носили крестьяне. Лапти из березового лыка. Липовые лапти. □ Пастух, плетя свой пестрый лапоть, Поет про волжских рыбарей. Пушкин, Евгений Онегин. 2.… … Малый академический словарь

Щи — Полные (богатые) щи. Хорошо видны добавленные в суп солёные … Википедия

ЛАПОТЬ — В лапоть. Новг. О большом количестве чего л. НОС 5, 7. Войти в один лапоть. Народн. Устар. Разделить что л. поровну, справедливо. БМС 1998, 331. Звонить в лапоть. 1. Пск. Неодобр. Болтать, пустословить. ПОС 12, 293. 2. Народн. Неодобр.… … Большой словарь русских поговорок

Кому. Разг. Экспрес. Выражение категорического отрицания возможности или реальности чего либо. Другой раз на вопрос Ильи пишет ли он стихи? Грачёв, усмехаясь, молвил:… Э, ну их ко всем чертям! Куда уж нам лаптем щи хлебать (М. Горький. Трое).… … Фразеологический словарь русского литературного языка

бескультурье — ▲ низкий уровень культура бескультурье низкий уровень культуры. некультурный. отсталый. первобытный. неотесанный. облом. лаптем щи хлебать. лыком шит. поговорки: иная простота хуже воровства. см. ограниченный … Идеографический словарь русского языка

Чай не лаптем щи хлебаем.

Чай не лаптем щи хлебаем — уж больно уместной оказалась здесь эта поговорка, означающая, что мы и с первого раза неплохо соображаем что к чему. Правда, за первые лапти, которые я плела у дедули на мастер-классе, Василий Николаевич поставил мне единицу (видеоролик об этом я показывала раньше).

Оно уж лучше лаптем, все ж хоть сытые были б.

Вот и я исправляюсь. Это первые лапти сплетенные самостоятельно. Правда, деревянной колодки у меня не было, а потому форму вырезала из пенопласта.

Даже представить себе не могу, как люди ходили раньше в лаптях и в мороз, и в слякоть, и в дождь и в грязь. Нашла немного интересностей об этом в Интернете. .

Удивилась сама, думаю и вам будет познавательно. Оказывается:


Лапти имели очень малый срок службы.

Зимой они пронашивались за десять дней, после оттепели — за четыре, летом, в страдную пору, — и вовсе за три.

Собираясь в дальний путь, с собой брали не одну пару запасных лаптей.

«В дорогу идти — пятеро лаптей сплести» — гласила пословица.

«Добрый мужик в худую пору изнашивал в одну неделю не меньше двух пар лаптей», — читаем у известного до революции писателя и этнографа С.Максимова.

А у шведов существовал даже термин «лапотная миля» — расстояние, которое можно пройти в одной паре лаптей.

Лаптей нужно было немало — и про свой обиход, и на продажу, а поскольку плести лапти умели почти в каждом доме, в работу вовлекались семьями — дела хватало и старому, и малому. На большой городской базар сразу привозили подводами по сто тысяч пар лаптей.

Плетение лаптей считалось лёгкой работой, которой мужчины занимались буквально «между делом». Не зря про крепко напившегося человека и сейчас говорят, что он, мол, «лыка не вяжет», то есть не способен к элементарным действиям. Зато, «связывая лыко», мужчина обеспечивал обувью всю семью — специальных мастерских не было очень долгое время.

Для покоса одевали «редкие» лапти, вода в лаптях таких не задерживалась. Назывались они «Рачки». Для работы по хозяйству удобны были «Ступни» — лапти без верёвок, похожие на калоши. В жару на поле носили «Чуни» — верёвочные лапти.

Естественно, мои лапти не предназначены для носки. Настоящие лапти плели из более прочного материала древесного лыка (липовые, вязовые и другие), бересты, ивняка, конского волоса или конопляных волокон. Для прочности подошву подплетали лозой, лыком, верёвкой или подшивали кожей. Конечно же, плели и из осоки, камыша, и даже соломы, но подошву все равно усиливали. У меня же она напротив облегченная. Но ведь и цель у меня совсем другая, вариант то сувенирный.

И хотя эта обувь канула в лета, тем не менее лапти, по заключению сегодняшних исследователей, были «здоровой» и лёгкой обувью, в которой ноги действительно дышали.

А в качестве элемента интерьера на мой взгляд они смотрятся одинаково замечательно куда ты их ни повесь.

Очень надеюсь, что эти лапти понравятся человеку, которому с наилучшими пожеланиями я задумала подарить их на Новый год.

Прост. Пренебр. Жить в нищете, прозябать в невежестве, в отсталости и косности. — Вот, говорит, как ноне купцы живут, которые, когда были серыми мужиками, щи лаптем хлебали (Н. Лейкин. В старом гнезде). Фразеологический словарь русского литературного языка. — М.: Астрель, АСТ А. И. Фёдоров 2008

Значения в других словарях

Лакомый кусок (кусочек)

Разг. Экспрес. Что-либо привлекательное, заманчивое, соблазнительное. — Ведь если… этой девушке да придать тысчонок двести приданого, из неё мог бы выйти очень, очень лакомый кусочек (Гоголь. Мёртвые души). Фразеологический словарь русского литературного языка. — М.: Астрель, АСТ А. И. Фёдоров 2008 .

Разг. Шутл. 1. В положении смирившегося с ситуацией, обстоятельствами человека. — Это вам с руки, а я не привык… Конечно, лапки кверху проще, да только не для меня. Я ещё повоюю (М. Горький. Враги). Татьяна думала: «Бывают же дни, я совсем успокаиваюсь, и рада своей жизни, и Ивану рада… Нет, нет! Потом-то так совестно! Будто не человек я, а дворняга захудалая: нашла тёплый угол, хозяина доброго и.

Лаять на свой собственный хвост

Прост. Шутл. Горячиться, распаляться по ничтожному поводу (обычно — об очень молодых людях). Они оба славные ребята — и Борис и Васька. Но ещё молоды и на свой собственный хвост лают (Куприн. Яма). — Да ведь ты-то, Фомич, уже не мальчишка, а всё на свой хвост лаешь. Угомонился бы с плотами со своими (Б. Можаев. Живой). Фразеологический словарь русского литературного языка. — М.: Астрель, АСТ А. .

Читать еще:  Бублики с фаршем рецепт приготовления

Хочется обсудить культуру и историю нашей еды. Вот, к примеру, интересное такое слово «суп», похожее на звук всасывающейся горячей жидкости. При этом слове сразу вспоминаются щи, борщи, солянки, грибные супы и куриная лапша… да много чего вкусного. Правильно ли это? Теперь уже, наверное, правильно. А вот что нам говорит словарь Даля:

Получается, что русские борщ супом не называли, и различные похлебки также! А что же такое изначально этот самый суп?

Само слово пришло к нам из Франции, от французского soupe «суп», откуда и англ. sоuр, голл. soep, нем. Suppe — то же. С 1200 г. французы считали супом куски хлеба, размоченные в каком-либо бульоне. Вот, например, рецепт истинно французского супа

Для особо удивленных поясню – бисквиты кладутся не рядом, и ими вовсе не закусывают суп, а эти сладкие булочки крошат в жидкость. Приятного аппетита.

Еще одно отличие наших первых блюд от заморских супов: супы подавали вечером. Даже сегодня сохранился обычай в английском языке: supper (время ужина) происходит именно от sоuр (суп). У нас же суп – это всегда время обеда. Почему? Наверное, потому как хлебом с бульоном хорошо утолять голод вечером – легкий прием пищи. Наши же щи, борщи, уха, солянка и прочие похлебки конечно по своему составу больше пригодны для употребления в середине дня: и согреют, и сил добавят.

Со временем Европа и тем более Америка от супов почти отказались (и я с их вариантом то же бы сделала). Наш же вариант похлебок выработан веками и очень полезен для здоровья. Доказательство в советах диетологов, ну и в народной мудрости пословиц и поговорок. А вот про супы пословиц почти нет – не наша это еда.

Печально только, что именно русской кулинарной книги как таковой не сохранилось. Это в той же Франции были шеф-повара, а у нас шедевры от кулинарии создавали крепостные крестьяне, которые и писать-то не всегда умели, а свои рецепты передавали устно следующему поколению. Первая кулинарная книга, «Русская поварня» Василия Левшина (тульского дворянина), была выпущена лишь в 1795–1796 годах. А в то время на русской кухне уже во всю внедрялись иноземные правила, привезенные Петром Первым.

«Из свидетельств современников известно, что любил Петр I больше всего черный хлеб и перловую кашу, которую великолепно варила для него Екатерина I, с добавлением миндального молока. А повар Фельтен чаще всего готовил для монарха отварную говядину с огурцами, заливное, кислые щи (так назывался не суп, а квас).»

Да и что может приготовить повар Фельтен, лучше бы император позвал в поварихи какую-нибудь Дуняшу, уж она бы его накормила от души.

Но засилье иноземной культуры, особенно в столице, Санкт-Петербурге, постепенно вытесняло традиции русских похлебок. Вот как выглядел модный стол спустя век по описанию А.Пушкина «Евгений Онегин»:

Никакого супа. В Петербурге того времени подавать суп к столу считалось дурным тоном. То ли дело провинциальная на тот момент Москва:

Не модно было в Москве. И слава богу. Возможно, именно благодаря нашей провинции мы сохраним те корни, которые так активно в столицах вытесняют всякие модные поветрия.

Супы активно и почти законодательно (обязательны во всех диетах и во всех столовых) вернулись с нашу жизнь с приходом советской власти. Вот что пишет по поводу супов Вильям Похлебкин, специалист по истории кулинарии:

А после, в 90-х. опять западное влияние, и опять отказ от супа. Стандарт питания – бутерброд в разном его исполнении, питание на скорую руку.

Однако сегодня у супов наступает эпоха возрождения. Французы, эти извечные гурманы, в дорогих ресторанах употребляют супы, приготовленные для избранных известными шеф-поварами. Скандинавы призывают своих сограждан готовить супы самостоятельно из сырых продуктов по рецептам старинных национальных супов XIX века.

ЧАЙ НЕ ЛАПТЕМ ЩИ ХЛЕБАЕМ.

Автор — Заполария. Это цитата этого сообщения
Чай не лаптем щи хлебаем.

Чай не лаптем щи хлебаем — уж больно уместной оказалась здесь эта поговорка, означающая, что мы и с первого раза неплохо соображаем что к чему. Правда, за первые лапти, которые я плела у дедули на мастер-классе, Василий Николаевич поставил мне единицу (видеоролик об этом я показывала раньше).

Оно уж лучше лаптем, все ж хоть сытые были б.

Вот и я исправляюсь. Это первые лапти сплетенные самостоятельно. Правда, деревянной колодки у меня не было, а потому форму вырезала из пенопласта.

Даже представить себе не могу, как люди ходили раньше в лаптях и в мороз, и в слякоть, и в дождь и в грязь. Нашла немного интересностей об этом в Интернете. .

Удивилась сама, думаю и вам будет познавательно. Оказывается:

Лапти имели очень малый срок службы.

Зимой они пронашивались за десять дней, после оттепели — за четыре, летом, в страдную пору, — и вовсе за три.

Собираясь в дальний путь, с собой брали не одну пару запасных лаптей.

«В дорогу идти — пятеро лаптей сплести» — гласила пословица.

«Добрый мужик в худую пору изнашивал в одну неделю не меньше двух пар лаптей», – читаем у известного до революции писателя и этнографа С.Максимова.

А у шведов существовал даже термин «лапотная миля» — расстояние, которое можно пройти в одной паре лаптей.

Лаптей нужно было немало – и про свой обиход, и на продажу, а поскольку плести лапти умели почти в каждом доме, в работу вовлекались семьями – дела хватало и старому, и малому. На большой городской базар сразу привозили подводами по сто тысяч пар лаптей.

Плетение лаптей считалось лёгкой работой, которой мужчины занимались буквально «между делом». Не зря про крепко напившегося человека и сейчас говорят, что он, мол, «лыка не вяжет», то есть не способен к элементарным действиям. Зато, «связывая лыко», мужчина обеспечивал обувью всю семью — специальных мастерских не было очень долгое время.

Для покоса одевали «редкие» лапти, вода в лаптях таких не задерживалась. Назывались они «Рачки». Для работы по хозяйству удобны были «Ступни» — лапти без верёвок, похожие на калоши. В жару на поле носили «Чуни» — верёвочные лапти.

Естественно, мои лапти не предназначены для носки. Настоящие лапти плели из более прочного материала древесного лыка (липовые, вязовые и другие), бересты, ивняка, конского волоса или конопляных волокон. Для прочности подошву подплетали лозой, лыком, верёвкой или подшивали кожей. Конечно же, плели и из осоки, камыша, и даже соломы, но подошву все равно усиливали. У меня же она напротив облегченная. Но ведь и цель у меня совсем другая, вариант то сувенирный.

И хотя эта обувь канула в лета, тем не менее лапти, по заключению сегодняшних исследователей, были «здоровой» и лёгкой обувью, в которой ноги действительно дышали.

А в качестве элемента интерьера на мой взгляд они смотрятся одинаково замечательно куда ты их ни повесь.

Очень надеюсь, что эти лапти понравятся человеку, которому с наилучшими пожеланиями я задумала подарить их на Новый год.

Мы не лаптем щи хлебаем

Вот уже совсем скоро исполнится 71 год, как началась Великая Отечественная Война, самая тяжёлая и кровопролитная. Но и на ней люди оставались людьми, они любили, радовались и смеялись. Жизнь продолжается и на войне. Вот и первый бой, о котором рассказал отец, был совсем не киношным для необстрелянных новобранцев…

С праздником Великой Победы всех! Ну, а юмор в этот день не помешает. Шутили наши отцы, шутим и мы. Жизнь продолжается!

Первый бой

Командир кричал; солдаты!
Глубже ройте вы окопы.
Для солдат окоп, как латы…
Ройте, так, чтоб спрятать попу.

Шутки, смех и прибаутки
Необстрелянных в бою.
Наступленье ждали сутки.
Но фашисты вроде «утки»
Показали мощь свою.

Бой – не высунешь и уши.
Не покажешь и свой нос.
Бьют фашистские «Ванюши»
Первый бой, первый понос.

А «Ванюши» всё звереют.
Но молчат все новобранцы.
Первый бой. В окопах зреют
Воины, а не засранцы.

Только бой второй проверит
Кто ты: трус иль все же воин.
Коль поднимешься на зверя –
Значит, звания достоин.

Кто-то в воздух смело стрельнул.
Ну, держись, фашистов свора.
Это первый бой под Ельней
Станет вам последним скоро.

Тут и кончился обстрел.
Кто стрелял? Ну, кто стрелял?
Где скрывается пострел?
Шаг вперед, ну! Где застрял?

На мгновенье полк затих.
Я! товарищ командир.
Припугнуть хотел я их.
Тут из строя вышел воин,
Поправляя свой мундир.

Уж больно сильно расстрелялись.
Ну и выстрелил я в них.
Тут и немец вдруг затих:
Видно, тоже обосрались.
А фашист пусть твёрдо знает:
Мы не лаптем щи хлебаем.
Командир:
Первый бой, все растерялись,
Но не трусость эта странность…
А за то, что в бой ввязался,
Объявляю благодарность!

На Ялтинской конференции

В Ялте как-то в сорок пятом
Собрались вожди трёх стран.
Чтоб в Мире, пламенем объятом,
Навести сплошной «шарман»,
Укрепляя свои троны,
А весь мир разбить на зоны.
Зоны их влияния,
А также обитания.

Пролетев над СССР,
И увидев разрушенья,
Что свершил там Гитлер-Неrr.
Гости заимели мненье.
Получить от нас взамен
Крым, да выход в наше море.
Мы б тогда не знали б горя…

И при встрече Рузвельт-мен
Предложил такой обмен:
Часть страны они отстроят –
Крыма нам-то будет стоить,
Да влияния извне,
Чтоб привыкали к «новизне».
Что имел в виду субъект?
– Видно Даллеса проект…

Вождь народов – батька Сталин
Призадумавшись, сказал:
Харащё, на то согласен!
И три пальца показал:
Указательный и Средний,
Да ещё один Большой!
Так и быть, уважу блажь.
Будет Крым вам, выход в море.
А пока, memento mori,
Крым ещё, увы, не ваш.

Рузвельт стал, ну сам не свой,
Черчилль вторил головой:
Что-то азиат хитрит,
Курит трубку и молчит.
Не ужель опять он где-то
Обыграл? А сам глядит.
Аль опять готовит вето?
Иль, какой там – ангидрид…

Сталин: Отгадаете загадку…
Но вначале по порядку.
Не считайте, что я вредный.
Вот три пальца, где здесь средний?
Начинайте! Ну, кто первый?
Кто непритязательный?

Напряг Рузвельт свои нервы:
Средний – указательный!
Нет! – ответил Сталин-батька, –
Нет, совсем нэ правильно.
Не отгадал ты, друг, загадку
Товарища Сталина.

Черчилль был чуть поумнее
Все собрал извилины.
Весь надулся, стал крупнее
И похож на филина.
Черчилль:
«Этот палец, точно – средний!
С указательным – соседний.
Так что Крым отныне наш!
Кончен бал, теперь шабаш!»

«Нет! – сказал тут Сталин-батька, –
Ну, опять нэ правильно.
Не отгадал и ты загадку
Товарища Сталина».

Указательный и средний
Он рогатиной развёл
И большой меж ними вставил.
А потом их вместе свёл.
И сказал товарищ Сталин:
«Срэдний здэсь – вот он – Большой!
Думать надо головой».

Все, кто был тут, аж привстали…
Вновь провёл всех Коба-Сталин!
Разрешив зараз интригу.
Вождь добавил как бы всуе:
«Вот вам Крым, к нему и фигу.
Мы Отчизной нэ торгуем!»

Свидание (Шутка)

На заваленке наш дед
С бабкою сидели.
Вспомнив радость прошлых лет,
На луну глядели.

Помню, – бабка говорит, –
Как тебя любила.
И сейчас душа горит.
Подь, сморчок мой, милай!

Почесал затылок дед:
Делать видно неча.
Посвятим, Петровна-свет,
Для свиданья вечер.

Будем, старая, с тобой
Вспоминать былое.
Не гляди, что стар, рябой.
Нутро молодое.

Буду ждать тебя я вновь
Как в года младые.
Вспомним что тако – любовь.
Чувства кой-какие.

Слышь, старуха, приходи
Ко мне на свиданье.
Только у меня ж, гляди,
Чтоб без опозданья.

Дед оделся молодцом.
Лысину побрызгал,
Чтобы в грязь не пасть лицом
Козликом попрыгал.

Ждёт он час и ждёт другой,
А старухи нету.
Ох, вернусь домой, тогда
Призову к ответу!

Дед вернулся. – Ё-моё:
Бабка печку топит.
По всему видать её
Ничто не торопит.

Рассердился и ворчит,
Аж перекосило:
Где ты, старая, была?
Где тебя носило?

Почему ты не пришла
Не было что ль силы?
Али ты сума сошла?
А мне пела: милай!

Бабка краской залилась,
И слезу пустила:
Я к тебе, милок, рвалась,
Да, мамка не пустила.

Пожарные вести

Загорелась вдруг больница:
Полыхают этажи,
И пожарные мужи
Тушат, аж в поту все лица.

Читать еще:  Квас из хлеба и сахара

Вот и пламени уж нет.
Право, подвиг совершили.
Молодцы: ведь так спешили!
Пред главврачом держат ответ:

Мы больницу потушили!
Жаль, не все увидят свет:
Десять – сами отошли
А двенадцать – откачали.
Вот троих-то не смогли…
Мы скорбим, мы все в печали.

Тут главврач, как будто пьяный,
Вдруг в бесчувствии упал.
Вместо радости, он странно
Слушать их так и не стал.

Но когда главврач очнулся.
Тут пожарник говорит:
Ты, главврач, сам не волнуйся,
Потушили – не горит!

Мы, да все на нашем месте…
Каждый б поступить так смог…
А главврач с сестрою вместе:
Не больница то, а морг…

Таблетки и больничный

Ну что, больной?
Вот вам таблетки:
Пить три раза по одной.
Правда, это не конфетки,
Но эффект от них бо-о-льшой.

А больной в ответ: не буду
Пить таблетки ваши я!
Выпьешь целую их груду –
Обретёшь здоровия.

Мне болеть как-то привычней.
Видно, в клинике не знают:
От таблеток мой больничный
Очень быстро закрывают.

НЕ ЛАПТЕМ ЩИ ХЛЕБАЛИ

История — наука, которая определяет самоощущение нации. Русская история до сих пор полна мифов, развеять которые невероятно тяжело: один из них касается «отсталости» нашей страны. Мысль о том, что «нам всегда приходилось догонять» более развитые государства и общества, повторяется сегодня не так явно, как это было еще двадцать лет назад.

Но стереотипы изживаются долго. Археологи из Русского географического общества и Костромского госуниверситета обнаружили, что на месте деревушки Вёжи, недалеко от Костромы, некогда стояла крепость. Это исследование поможет лучше узнать о том, как жили наши предки, и развеять некоторые популярные заблуждения.

Всем, кто хорошо знаком с русской литературой, название деревни известно — именно там жил крестьянин Иван Саввич Мазайхин, ставший прообразом Деда Мазая. В предисловиях к изданиям Николая Некрасова этот факт обязательно отмечался. Кроме того, село Вёжи знаменито своей архитектурой. Вывезенная оттуда рубленая церквушка с двускатной крышей долгое время стояла на территории Ипатьевского монастыря. К сожалению, в 2002 году она сгорела.

Первые поселения людей в этой местности, обнаруженные археологами еще во второй половине прошлого века, относятся к неолиту, стоянки датируются пятым тысячелетием до н.э. и даже более ранними эпохами. В 50-х, перед тем, как здесь было построено водохранилище, в Вёжи направили специалистов по доисторическим временам.

«В 1952-м велись активные поиски, но работали только археологи по каменному веку. Да, они нашли массу стоянок кроманьонцев, собрали огромный фактический материал, но все, что касается Средних веков, их не интересовало. И в 1956-м все ушло под воду», — объяснил кандидат исторических наук доцент Костромского госуниверситета Сергей Кабатов.

Дело в том, что в археологии всегда огромную роль играла хронологическая специализация. Со стороны может показаться, что ученый должен разбираться сразу во всем, с легкостью атрибутируя любой найденный артефакт, но на деле исследователи, которые занимаются доисторическим периодом, предпочитают более поздние слои просто не трогать. Во-первых, и своей работы хватает, во-вторых, находки «чужого» исторического слоя легко истолковать неверно: ведь перед археологами зачастую — обрывки иссохшей ткани, кусок железа или деревянный брусок, назначение которого требуется установить.

В общем, Вёжи специалисты по доисторической эпохе оставили коллегам, но возвышенность, на которой стояла деревня, в начале 50-х превратилась в остров. Лишь в 90-х сюда впервые приехали археологи — рыбаки стали находить вымытые паводками из берегов отлично сохранившиеся предметы древнерусского обихода. Распад СССР поставил крест на исследованиях, заново раскопки стартовали только в нулевых, но тоже вскоре прекратились по финансовым причинам. Древнее поселение, по сути, начали исследовать только сейчас.

Уникальные находки стали обнаруживаться с первых же дней работы. Прежде всего выяснилось, что небольшая возвышенность, некогда стоявшая посреди болот на берегу притока реки Костромы, руками людей была превращена в довольно крупный холм — в ход шла щепа от строительства зданий, навоз, болотные кочки, ил.

Все это находят археологи, причем создается впечатление, что засыпали только вчера — сохранность уникальная. В местном болотистом грунте минимум кислорода, соответственно, процесс разложения идет крайне медленно. Благодаря этому обстоятельству археологам становятся доступны артефакты, не сохранившиеся в других местах.

Древнейший горизонт, исследованный историками, датируется XI–ХII веками нашей эры — согласно теориям ученых, как раз тогда здесь появился город. Именно полноценный город, с крепостью. «В те времена, 800–900 лет назад, активно шла «колонизация» этих мест. Точнее, делили сферы влияния. С одной стороны наступали рати Владимиро-Суздальского княжества, а с другой — продвигались посланцы Господина Великого Новгорода.

Поселение Вёжи стало пограничным городом, крепостью, контролирующей водный путь по Костроме в Волгу, — рассказал председатель Костромского областного отделения РГО, кандидат исторических наук Роман Рябинцев. — Кстати, слово «вёжа» как раз означает нечто вроде башни, крепости, границы. Естественно, тут и таможенный пост был».

Севернее стоял Галич. Торговый путь в Европу шел именно в том направлении: маршруты древних негоциантов хорошо изучены.

Древнерусские серебряные монеты, датируемые XIII столетием, которые назывались «чешуйки», — на раскопе не редкость. Между тем именно наличие здесь подобных находок меняет всю историческую картину.

«Для тех времен одна чешуйка — огромные деньги. За нее, к примеру, можно было купить отличную лошадь («хозяйственную», конечно, боевой скакун стоил в разы дороже) или пару коров, — пояснил археолог Сергей Тупицын. — Или крупную партию рыбы, которую в те времена здесь ловили и заготавливали. Обнаружение монет свидетельствует об активной экономической деятельности, о наличии торговли с удаленными регионами. То есть Вёжи не были полубезлюдным «краем Ойкумены», наоборот, на этой территории жило много народа, а сами древние русичи отнюдь не бедствовали».

В пользу бойкой торговли говорит и сланцевая бирка — ее купец Онуфрий прикреплял на мешки с солью. На каменной плашке стоит отметка, кому именно принадлежит товар, указан его вес, содержится предостережение для воров, при этом весь текст перечеркнут крест-накрест. Делалось это в одном случае — когда товар был доставлен. Соль уходила рыбакам, а каменную табличку просто выбрасывали, предварительно «аннулировав» запись. Артефакт, найденный в прошлом году, уже исследовал известный российский лингвист и текстолог, доктор филологических наук, член-корреспондент РАН Алексей Гиппиус. Он высоко оценил этот исторический памятник. К сожалению, таких находок пока не так много.

Нефритовые орудия и украшения, привозные стекло, медь, керамика — жизнь здесь бурлила. Развито было и местное производство: все железо делали из болотной руды, причем в огромных количествах, гончары тоже не сидели без дела, процветали и другие ремесла. Соответственно, достаток был. И излишек тоже.

Сапог не сносить

Находки, сохранившиеся в болотистом грунте, опровергают теорию о том, что жили на Руси бедно, скудно. «Обнаружены многочисленные перстеньки, в том числе даже детские. Но больше всего нас удивила отлично сшитая детская кожаная обувь, где детали аккуратнейшим образом собраны «встык», а не «внахлест», — отметил Роман Рябинцев.

— Считается, что тогда все ходили в лаптях, кожаные сапоги могли себе позволить немногие, а тут их шили даже мальчишкам и девчонкам, которые быстро вырастали. То есть кожаная обувь не являлась малодоступным предметом роскоши, напротив, это был вполне обычный товар. А вот лаптей тут нет. Первые, причем в весьма ограниченных количествах, обнаруживаются в слоях, относящихся к XVII веку и позже. До этого тут подобную эрзац-обувку вообще не использовали».

Стоит сказать, что в последнее время именно о лаптях в среде ученых кипят жаркие дискуссии. Одна из теорий такова: в среднем комплект не слишком прочной, плетеной из лыка обуви служил несколько дней, то есть требовалось 70–100 пар в год на человека. Умножаем на население Руси… Получается полный абсурд: все леса должны были извести на лапти чуть ли не тысячелетие назад. Но ведь не вырубили! А вот долговечная кожаная обувь, изготовленная из шкур домашнего скота, вполне вписывается в экономическую и экологическую картину прошлого. Видимо, в каждой деревне тачали нехитрые изделия местные умельцы, в городах их мастерство, естественно, было значительно выше.

В Вёжах сохранилась древнерусская усадьба, расположенная, как сейчас говорят, на второй линии внутри городской черты. Жил здесь «рядовой представитель малого бизнеса» со всем своим большим семейством. Нижние венцы строений целы: помимо жилых помещений, тут были и многочисленные хозяйственные постройки, объединенные в целый комплекс. При каждой усадьбе имелись баня, погреба, ледники, конюшни, птичники etc.

«Еще один аргумент в пользу достатка и активной торговли — навесные замки. Дома тут запирали, а сами изделия отличались техническим совершенством, — рассказал Сергей Тупицын. — Как известно, до второй половины ХХ века в деревнях дома никто не закрывал, просто прислоняли к двери палку. Тут же было иначе.

Выводов — три, причем все очень важные. Во-первых, в Вёжах бывало много приезжих, среди которых, понятное дело, всякие персонажи попадались. Во-вторых, это была не деревня, а именно город. В-третьих, если дома запирали на замок, значит, имелись небольшие, но дорогостоящие предметы, которые можно легко похитить».

Действительно, ювелирных изделий — как местных, так и привозных — археологи находят в изобилии. Хватает и серебра. И там же, в избах, обнаруживают куски бересты, как обработанной, так и «сырья». Это стало причиной появления версии о высокой грамотности местных.

«Пока что грамот мы не нашли, — уточнил Сергей Кабатов. — В ближайшее время отправим все найденные куски бересты на тщательное исследование, при помощи ультрафиолета и других методов будем искать следы надписей. В успехе мы уверены».

Среди обнаруженных артефактов — слоеные «самозатачивающиеся» ножи, созданные древнерусскими умельцами по той же технологии, что и знаменитые японские катаны. Кузнец многократно проковывал заготовку, раз за разом складывая ее пополам, добавляя между полосами мягкого железа стальные пластины. Из того же самого материала делали и косы: сено являлось важным предметом экспорта. А на заливных лугах, ныне скрытых под водной гладью, паслись стада коров — уже за границу, то есть в Европу, на ладьях плыли костромское масло, обработанные кожи, солонина…

Каменная табличка купца Онуфрия тоже вскоре отправится в лабораторию — к геологам. Как правило, подобные предметы изготавливали из местного материала, и анализ сланца позволит определить, откуда именно в Вёжи привозили соль. Логистика древней торговли тоже способна дать ответы на многие исторические вопросы.

Теория и практика

Среди тех, кто помогает ученым, немало молодежи — на раскопках в этом году трудятся 18 студентов и шесть волонтеров. Причем добровольцы прибывают со всей страны. «Мне интересно самому взглянуть, как жили наши предки, подержать в руках их вещи, понять, каким тогда был быт, — пояснил волонтер Максим Храмцов, приехавший на раскопки из Йошкар-Олы. — Сам пока учусь на механика, скоро уходить в армию, но потом собираюсь поступать в Костромской университет на исторический факультет. Стану археологом, тоже буду изучать Древнюю Русь. Хочется понимать, почему мы такие, откуда появились, как долго тут живем. Все самому увидеть и потрогать — это бесценно. И науке помочь тоже надо».

Стоит отметить, что молодые люди находкам удивляются. Вместо примитивных землянок, костяных орудий и пресловутых лаптей обнаруживаются просторные бревенчатые дома, запирающиеся на замки, украшения, железные изделия, письменные артефакты…

В полном соответствии с исторической логикой появление свежих археологических находок влечет за собой и возникновение новых теорий. Какие-то из них впоследствии отбрасываются как ложные, другие получают подтверждение и продолжают развиваться.

Пока определенно нельзя сказать «историки утверждают», хотя, конечно, хочется. Но наука требует исследований, проверки фактов и доказательств, верификации. Археологи не спешат выдавать в свет сенсационные идеи, но всерьез готовы ждать результатов экспертиз, чтобы выдвигать научно обоснованные версии. Подобный подход привлекает людей серьезных и основательных: на раскопе не найти никого, кто бы приехал сюда просто так.

«Исследования старины — это не единственная наша задача. Не менее важное дело — воспитание подрастающего поколения. Но только тот, кто самостоятельно прикоснулся к истории, кто своими ногами прошел по дорогам предков, кто кормил комаров на раскопе, таскал на себе мешки с грунтом, может считать себя настоящим знатоком родной земли», — уверен Роман Рябинцев.

«Комплексное исследование памятника русского Средневековья селища Вёжи как способ историко-патриотического воспитания молодежи» — так называется программа, реализуемая РГО параллельно с научными исследованиями. Отбоя от желающих помочь ученым нет, приходится устраивать своеобразный кастинг — отбирать наиболее образованных, сильных и привычных к полевой жизни. И молодежь старается, попасть на раскопки хотят многие, и год от года число потенциальных добровольцев растет.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector
×
×